Человек шел к тамбуру. Стараясь ступать бесшумно, Стас выскользнул на лестницу и опустился на один пролет вниз. В тамбуре загрохотало, и Стас догадался, что невидимый ему человек что-то выбросил в мусоропровод. Опять послышались шаги, щелкнул замок двери, и наступила тишина. Стас поднялся на этаж и взглянул на часы. Шесть тридцать семь. Значит, Филонов и сегодня не отправился сразу домой, и его придется ждать. Стас опустился на несколько ступенек вниз и встал, опершись на перила.

Лифт теперь непрестанно сновал вниз-вверх. Каждый раз Стас выходил в тамбур, но лифт или не доезжал, или шел выше десятого этажа. Было без пяти семь, когда лифт наконец остановился на десятом. Стас достал пистолет из кармана. Открылись створки лифта, и кто-то вышел на площадку. Стас слышал, как человек звенит ключами. Он выглянул из тамбура. Мужчина в темно-сером пальто, стоя к нему спиной, открывал дверь квартиры, соседней с филоновской. Больше на площадке никого не было. Стас осторожно вышел на лестницу. Ожидание затягивалось.

Через полчаса Стас на всякий случай вышел на площадку и позвонил в дверь Филонова. Ему никто не открыл. Стас вздохнул и вернулся на лестницу. «Жизнелюб, – подумал он о Филонове. – Еще хочет пожить немного». Он не думал об этом человеке ни со злостью, ни с сожалением. Филонов был для него каким-то предметом, неодушевленным объектом, служащим помехой, и ему, Стасу, эту помеху следовало убрать.

Внезапно где-то наверху хлопнула дверь, и Стас услышал торопливые шаги человека, спускающегося по лестнице. Стас напряженно вслушивался. Человек уже находился выше всего на один этаж. Стас осторожно прошел через тамбур и встал у лифта. Человек миновал десятый этаж и, через минуту его шаги затихли где-то внизу. Стас опять вышел на лестницу. Ожидание тяготило его.

Через несколько минут он в очередной раз услышал шум поднимающегося лифта и вышел в тамбур. Часы показывали пять минут девятого. Лифт остановился на десятом этаже. Стас держал руку с пистолетом в кармане.